Правильные понятия о борьбе со страстями. О плодах духа и в чем торжество Православия. О воспитании истинной молитвы через очищение чувств, и о первородном грехе

Оглавление:
  Правильные понятия о борьбе со страстями. О плодах духа и в чем торжество Православия
  О воспитании истинной молитвы через очищение чувств, и о первородном грехе


Правильные понятия о борьбе со страстями. О плодах духа и в чем торжество Православия

Аноним: А если, к примеру, пришло чувство раздражения? Ты с ним боролся, но не успел одолеть, как пришло другое искушение – услаждение оттого, что тебя похвалили. И вот, как с ними бороться, если они действуют одновременно?


О.Серафим: Какое страстное чувство, в данный момент, преобладает, с тем необходимо и бороться, – возгревать противоположные чувства, и одновременно молиться: «Господи, помоги», – это и будет молитва. Этим мы и должны всё время заниматься. Какое страстное чувство у кого более вылазит, – с тем и бороться.

По тому, с какой страстью приходится больше бороться, и определяется – какая у кого страсть господствующая. Возгревая чувства противоположные страстным, мы показываем Богу свое желание. Но сам, без Бога, всё равно не могу остановить страсть, – поэтом, вопль к Богу о помощи.

Греховные, страстные, мысль или желание имеют силу только тогда, когда к ним есть сочувствие, т. е. страстное чувство. В основании всякой страсти находится дух самости, первородный грех. Страстное чувство имеет силу за счет сочувствия к духу самости (так мне хочется), удовлетворение которого и ищется через посредство страсти. Но если, в тот момент, когда востает страсть, не идти у нее на поводу, то будет возникать скорбь. Эта скорбь возникает по той причине, что дух самости не получает удовлетворения, – разрывается сочувствие к нему. И если не отвергать эту скорбь, не убегать от нее в иное страстное чувство, а смириться с нею, и начать проходить сквозь нее, то таким образом будет разрываться сочувствие к духу самости, и страстное чувство будет терять свою силу. При этом, стараться возгревать чувство, которое противоположно страстному, в данный момент. И соединяя все это с ощущением своей немощи (ощущение бессилия самому победить страсть), в чувстве упования и надежды, обращаться к Богу за помощью.

Как мысль греховную, страстную мы стараемся заменить на мысль богоугодную, спасительную; так точно и в сердце: чувство греховное и страстное необходимо заменять на противоположное чувство – спасительное. И это всё – при помощи Божией.


Аноним: Страшно, что ты можешь стать орудием дьявола для искушения ближнего!


О.Серафим: Может дьявол искушать через ближнего, а может человек и сам искушаться, по своему страстному состоянию. Но можно искушаться и добром. Так фарисеи, не желавшие оставить свои греховные страсти, искушались от самого Христа. Он постоянно был для них соблазном.

Так и человек, когда не желает оставить какую-либо свою страсть, выйти из страстного состояния, тогда добро, неудовлетворяющее его страсть, является для него искушением. Причина, – что истинное добро является для кого-то искушением и соблазном, – есть та, что человек, в своем произволении, не разрывает сочувствия к своему страстному состоянию, к духу самости, первородному греху.


Аноним: Это, когда обижают, а если хвалят?


О.Серафим: Когда хвалят, то тоже вылазят страсти, но уже из усладительной (похотной) силы души и им нужно не отдаться, с ними побороться.

Чтобы чисто полюбить ближних, нужно научиться правильно любить свою душу. То есть нужно полюбить свою душу, а не свои страсти, не свое самолюбие, дух самости.

Основная цель нашей жизни – стяжать истинные плоды духа, воспитать верный и спасительный настрой души, а это только через правильно-проходимую борьбу со страстями, с духом самости и гордыни. Сколько ни молись, ни постись, ни бей поклонов – всё бесполезно, если не будешь вести законной борьбы со страстями, разрывать сочувствие к духу самости и гордыни. – истинных плодов духа не дождешься, а если и будут, то плоды дьявольские, но они не спасут, а приведут к погибели.

Как говорил Господь: "По плодам их узнаете их" (Мф. 7, 16).

Плоды же бесовские, – одержимость духом самости и гордыни, самолюбие и самомнение, самоцен и дух самодовольста, дух самоуверенности и самонадеянности, сребролюбие и сластолюбие, тщеславие и душевное сладострастие, зависть и ревность, гнев, ненависть и злопамятство, клеветничество и дух осуждения, наглость и дерзость, лукавство и лицемерие, то есть, как говорит ап. Павел, "имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся" (2Тим. 3: 2-5). – Вот они погибельные плоды.

А вот, истинные плоды духа, спасительные: "Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится" (1Кор.13:4–8). "Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим" (Матф.11:29).

Возьмем, к примеру, один из истинных плодов духа – кротость. Кротость – это такое состояние духа, когда оно остается всегда одинаково ровным: при обидах и оскорблениях, при похвале и славе. Когда обижают – оно не обижается, а когда хвалят, – то не услаждается.
«Кротость есть неизменное устроение ума, которое и в чести и в бесчестии пребывает одинаковым» (преп. Иоанн Лествичник, Слово 24, гл.2).
«Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего, без смущения и искренно о нем молиться» (преп. Иоанн Лествичник, Слово 24, гл.3).

Вот яркий пример об этом из жизни Св.Отцов:
«Авва Пимен Великий и братья его пришли в место, называемое Ференуф, и все семь остановились на время там в опустевшем идольском храме, с намерением обсудить избрание места для постоянного жительства. При этом авва Анув сказал авве Пимену: «Сделай милость, ты и братия, исполните мою просьбу: в течение этой недели будем жить каждый отдельно в молчании, не сходясь для беседы». Авва Пимен отвечал: «Сделаем по желанию твоему». Они и поступили так.
В храме стояла каменная статуя. Анув, вставая ежедневно рано утром, кидал камнями в лицо статуи, а вечером подходил к ней и просил прощения. Так делал он в течение всей недели. В субботу братия сошлись вместе, и сказал авва Пимен авве Ануву: «Видел я, авва, что ты в течение этой недели кидал камнями в лицо статуи, а потом поклонялся ей и просил у нее прощения: верующий во Христа не должен кланяться идолу».
Старец отвечал: «Сделал это я для вас. Когда, как вы видели, я кидал камнями в лицо статуи, произнесла ли она что? рассердилась ли она?». Авва Пимен отвечал: «Нет». Анув : «Опять, когда я просил у нее прощения, смутилась ли она? сказала ли: не прощаю?» Авва Пимен отвечал: «Нет». На это сказал авва Анув: «Так и мы, семь братьев, если желаем проводить жительство вместе, будем подобны этой статуе, которая от оскорблений, нанесеных ей, не возмущается гневом, а при смирении, оказываемом пред нею, не тщеславится и не надмевается» (Отечник, авва Пимен Великий, гл.13).

Сила Божия, действие Божественной благодати избавляющее от страсти, от власти духа самости, совершается в немощи: "сила Моя совершается в немощи" (2Кор.12:9). А христианство и ведет человека, через законную борьбу со страстями, к опытному ощущению и познанию своей немощи. И когда человек приходит к внутреннему ощущению своей немощи, то чувства упования и надежды у него должны обратиться только на одну милость Божию. Вот такой настрой духа и привлекает действие Силы Божией, Божественную благодать, избавляющую и спасающую. – В этом и состоит Торжество православия, христанства, лично для человека.

А не в том только лишь Торжество православия, что мы совершаем богослужение, читаем, поем в храме – отмечаем Торжество православия. Это еще лишь только внешнее. – А внутренне, по-настоящему, в духе нашем, есть ли Торжество православия, христианства?

О воспитании истинной молитвы через очищение чувств, и о первородном грехе

Нельзя назвать молитвою то, когда человек просто вычиткой занимается. И если даже, при этом, во время молитвословия или за богослужением, возгревает какие-либо чувства к Богу, но не очищает их от примеси духа самости, первородного греха, – в повседневных, ежедневных искушениях, в законно-проходимой борьбе со страстями, – то через возгревание этих чувств будет возгреваться дух самости и гордыни, дух сладострастный. Ибо истинная и непрелестная молитва обретается по мере очищения наших чувств от примеси первородного греха – духа самости и гордыни, душевно-телесного сладострастия.

Вот что об этом говорит свт. Феофан Затворник: «Главное условие для успеха в молитве есть очищение сердца от страстей и всякого пристрастия к чему-либо чувственному. Без сего молитва всё будет оставаться на первой степени или читательной. По мере очищения сердца молитва читательная будет переходить в умно-сердечную, а когда оно совсем очистится, тогда водрузится и непрестанная молитва». («Умное делание», гл. 14).
Как мы видим, непременным условием для приобретения истинной молитвы, свт.Феофан поставляет очищение сердца от страстей, т.е. от духа самости и гордыни, первородного греха. А без этого нельзя приобрести истинной молитвы.

Но Господь милостив, – Он не оставляет человека. И чтобы вывести его из этого самостно-гордостного и сладострастного состояния, то попускает через кого-либо искушения. А через искушения и вылазит этот дух, проявляя себя недовольством, обидой, раздражением, сладострастием, и другими различными страстями.

Это свидетельство того, что молитва – нечистая, что чувства еще не очищены от примеси духа самости, первородного греха. Вот и надо их очистить, – побороться с ними, за сердечную чистоту, а отсюда и за чистую и непрелестную молитву. Вот в этом и состоит подготовка к причастию Св. Таин, и приобщение, в духе, к Торжеству православия.


Аноним: А как быть, если когда читают благодарственные молитвы после еды, или за богослужением, а ты не слышишь?


О.Серафим:  Не страшно то, что ты не слышишь слов молитвы, которые произносятся – главное поблагодарить Бога чувствами сердца. Ведь молитвы нам даны не для того, чтобы их просто читать и слушать, а чтобы мы, посредством их, учились возгревать чувства к Богу. Если кто хочет научиться разговаривать по-немецки или по-английски, то поначалу пользуется книгой и по ней учится. Но когда научится, ему уже книга не нужна (свт.Феофан Затворник).

Так и молитвы, они учат нас, как молиться Богу, какие возгревать чувства в обращении к Нему. Но молитвы не для того, чтобы просто читать их утром, в обед и вечером и при этом считать себя нормальным, законным христианином. – Это – фарисейский праведник. Богу нужны чувства, но и не просто чувства, а чувства очищенные от примеси первородного греха, от духа самости. Ибо сказано: "Сыне мой! отдай мне сердце твое" (Прит.23:26).

Не сказано дай мне уста твои или язык, но сердце. А в сердце – наши чувства, желания; их-то – мы и должны обращать к Богу. Внешние слова молитвы несут какой-то смысл, который мы должны использовать на возгревание сердечных чувств к Господу. В благодарственной молитве после еды, мы выражаем свою благодарность Господу. Но можно эти чувства выразить и своими словами: «Господи, благодарю Тебя, что Ты меня такого окаянного грешника накормил и напоил, не лиши меня и Царства Твоего Небесного» – и если возгрел при этом чувства, обращая их к Богу, то вот и помолился.

«Молитва, собственно, есть не слова, а чувства. Из плодов словесному составу и говорению молитвы ничего не принадлежит. Все плоды могу быть получены через одно возношение ума и сердца к Богу. Главное в молитве – чувства к Богу из сердца. Слова молитвы при этом, какие подберутся. Чувство к Богу и без слов есть молитва.
Все молитвословия назначены для того, чтобы чувства питать, и коль скоро не питают, то они попусту… Только труд, а проку нет. Чувства никакие читательные труды заменить не могут. Вопль из сердца краткий и сильный, вот что важно! А это можно походя делать. А следовательно, молиться непрестанно. Об этом заботьтесь, и сюда всё направляйте» (свт. Феофан Затворник. «Мудрые советы ищущим спасения...»).

Молитва – это не просто слова и чувства, обращенные к Богу. Молитва тогда есть истинная, когда есть борьба за очищение чувств, желаний, мыслей от первородного греха, от духа самости; она, собственно, для этого и нужна человеку. Если этого нет, то и молитвы никакой нет, – есть только самообольщение и духовная прелесть.

Да! человек может молиться, чувства обращать к Богу, – но какие? Это зависит от нашего произволения, – от того, чего мы ищем? Очищать чувства от примеси первородного греха, духа самости, возможно только при правильном духовном видении. А истинное духовное видение дается по дару Благодати, через посредство воспитания верного настроя души, в основании которого полагается истинное смирение, перед Богом. Общее положение таково: что это может быть только там, – в тех церковных организациях (начиная с двух-трех человек, «ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Матф.18:20)), – где есть правильно-проходимая внутренняя жизнь, направленная на воспитание верного и спасительного настроя души, правого чувства веры, истинных плодов духа. И, соотвественно, в тех церковных образованиях где этого нет, там нет истинной молитвы, там самообольщение и духовная прелесть.

Всё наше делание, – молитвы, посты, подвиги – мы должны нести ради стяжания истинных плодов духа. Если не так, то и молитвы и причастие Св.Таин не пойдет на пользу, а еще больше введет в состояние духовной прелести. Хоть не переставай никогда произносить молитвы, и постоянно ешь антидор со святой водой, и причащайся, – не освятишься, если не будешь приобретать истинных плодов духа, через правильное преодоление ежедневных искушений, в личной жизни.

«Если смиренномудрие и любовь, простота и благость (благодушие) не будут у нас тесно соединены с молитвою, то сама молитва, лучше же сказать – эта личина молитвы, весьма мало может принести нам пользы. И это утверждаем не об одной молитве, но о всяком подвиге и труде, девстве или посте, или бдении, или псалмопении, или служении, или о каком бы то ни было делании, совершаемом ради добродетели.
Если не увидим в себе плодов любви, мира, радости, кротости, присовокуплю еще, смиренномудрия, простоты, искренности, веры, сколько должно великодушия, дружелюбия, – то трудились мы без пользы, потому что для того и предпринимаем труды, чтобы пользоваться плодами: а когда не оказывается в нас плодов любви, тогда без сомнения, делание напрасно…
Так, если не увидим в себе, по действию Духа, плодов любви, мира. радости, всего прочего, перечисленного Апостолом (Гал.5, 22) и не возможем признать их в себе со всею несомненностью и по духовному чувству, то излишним окажется подвиг девства, молитвы, псалмопения, поста и бдения… Но если кто, по скудости ведения, делание свое и подвиг почтет плодами Духа, то оказывается, что он явно обольщается, сам себя обманывая таким своим мнением, лишая себя великих, подлинно, плодов Духа» (преп.Макарий Великий, «Духовные беседы», Сл.3, гл.3).

Но некоторые из МП и подобных ей лжецерковных организаций могут сказать, что мы тоже, мол, Богу молимся не словами только, но и чувства возгреваем. Но если остановиться только на этом, т. е. молиться к Богу, просто возгревая к Нему чувства, то человек всё более и более будет заходить в духовную прелесть, и это – неизбежно. Почему так?

Потому что, все, без исключения, наши естественные чувства осквернены примесью первородного греха, духом самости. И если мы будем возгревать чувства на молитве, пренебрегая очищением их, т. е. не будем бороться со страстями за чистоту наших чувств, не будем очищать их от примеси духа самости, то тем самым мы будем вместе с ними возгревать и этот дух самости. Через это, думая что мы спасаемся, в реальности, будем входить в еще большее состояние погибели. – Такое делание приводит к самообольщению и духовной прелести.
Причина этого есть та, что отсутствует правильно-проходимая внутренняя жизнь, законное подвизание, в борьбе за чистоту чувств и воспитание верного настроя души, в личной жизни, каждый день, в ежедневных искушениях.

В таком случае дух наш, – его воля, чувства, – будет обращен совсем не к Богу; но человек этого не замечает. Он же – Богу молится! К Нему же – все мысли и чувства обращает! Но на самом деле, он не замечает того, что к его чувствам примешан первородный грех, дух самости; и через посредство возгревания чувств, он начинает искать удовлетворения этому духу, при этом думая, что он молится Богу. Такое делание, в итоге, и приводит к самообольщению, самообману и духовной прелести.

А как же очищать чувства от первородного греха? Ну вот, к примеру, ты покушал, встал и стал благодарить Бога, возгревать к Нему чувства. Или просто встал на молитвенное правило. А тут, как всегда, идут со сковородкой или с кастрюлей, или с чем-либо, или еще что-нибудь тебя начинает искушать, и тебе мешают, не дают, по твоим понятиям, помолиться. – Ты начинаешь обижаться, раздражаться, недовольствовать и возмущаться: "что за жизнь, и помолиться-то по нормальному не дадут". Но, тут-то и открывается возможность побороться за чистоту твоих чувств к Богу. И если поборешься с чувствами обиды, недовольства, возмущения и раздражения, и вместо них возгреешь дух смирения, кротости, незлобия и добродушия, то благодарение и молитва твоя к Господу будет очищаться от примеси первородного греха. И молитва твоя будет благоприятна Богу.

Не страшно то, когда молитва нарушается, по независящим от тебя причинам, чем-либо внешне; но то страшно, если ты отдаешься страстному движению в чувствах, желаниях и мыслях. Если застанет тебя смерть в зачатках истинных плодов духа, в верном душевном настрое, в сокрушенном и смиренном духе, с чувством упования только на одну милость Божию, то благо для тебя, – есть надежда на спасение. Но если застанет тебя смерть в одержимости страстями, духом самости и гордыни, – то вот и уготовил ты сам для себя погибель, в своей душе.

Христиане – воины, поле брани – наша душа, где мы воюем со страстями и похотями, с первородным грехом. И кто чаще воюет, тот приобретает опытность, в этой борьбе.

Восстало страстное чувство и желание, возгревай в себе противоположное чувство и желание, с горячим и усиленным обращением к Богу о помощи. Если ты один, то можешь делать это вслух. А если в обществе, то делай это внутри себя, стараясь и напрягая желание и чувство в обращении к Богу, об избавлении от страсти.
Напряжение желания и чувства, даже и без слов, есть молитва, и чем оно горячее, тем лучше. Ибо напрягая свое желание в чувстве, ты этим являешь Богу, – чего ты хочешь. И если хочешь ты в согласии с волей Божией, – спасительного и верного настроя для своей души, – то вот Господь и подаст.

Вот что об этом говорит свт. Феофан Затворник:
«Ум устает говорить слова молитвы. Молитесь тогда без слов, так, повергаясь пред Господом мысленно, в сердце… и Ему себя предавая… Это и будет, собственно молитва. Слово же есть только выражение ее… и оно всегда слабее самой молитвы… Речь к Богу не языком произносится, а чувствами сердца. Если будет так – это и будет истинная молитва» («Мудрые советы ищущим спасения...», гл.«В чем состоит сущность молитвы»).

На пятой неделе Великого поста мы совершаем память преп. Марии Египетской. Она семнадцать лет в пустыне боролась со страстью блудной похоти, и какие только искушения не наводили на нее бесы! И ей, чтобы избавиться от этой страсти, нужно было горячо обращаться к Богу за помощью, – горячо молиться.

Истинная, горячая и настоящая молитва воспитывается в борьбе, законно-проходимой, через посредство правильно-проходимой внутренней жизни.
«Бог на пользу душе попустил, чтобы она была доступна страстям. Ибо Он не усмотрел полезным поставить ее выше страстей прежде будущей новой жизни»
(преп. Исаак Сирин, сл.58).

Чувство чем более очищается от примеси первородного греха, от духа самости и гордыни, тем более оно становится духовным, и тем более – обращенным к Богу. Но не так надо понимать, что чем более вспоминаешь Бога и уносишься мыслями «за облака», то тем более твои чувства – духовны; или если ты и понимаешь, что Бог везде, на всяком месте, и ты всё более обращаешь мысли, чувства, желания к Богу, то они, мол, и становятся духовными. Нет, не так надо понимать духовность. – А как? А так, что чем более чувства очищаются от духа самости и гордыни, от душевно-телесного сладострастия, в личной жизни, во время ежедневных искушений, тем более они и становятся духовными.

Наши мысли, желания, чувства осквернены первородным грехом, духом самости и гордыни, и проявляются они одновременно с ним. А первородный грех есть ни что иное, как направленность нашего духа не в согласии с волей Божией. То есть, дух ищет удовлетворения не в Творце своем, а в удовлетворении духа самости и гордыни, через посредство душевно-телесных желаний. И человек, увлекаясь этими желаниями, не имеет в их удовлетворении меры, и не может давать им правильно место и время, так как находится в порабощении у духа самости, первородного греха, через посредство их.

Бог есть Дух, в сущности. И душа, по природе, подобна Богу – тоже есть дух, образ Божий. Поэтому, по мере освобождения нашего духа от страстей, т. е. от порабощения его духом самости и гордыни, мы будем обретать свободу нашего духа. И тогда, не первородный грех будет руководить нашим духом, а свободное произволение нашего духа будет давать место, время и меру, душевно-телесеным желаниям и чувствам . Вот такие чувства, руководимые духом, и будут поистине духовными, а значит и обращенными к Богу, ибо и Он есть Дух. Тогда и открывается духовное видение, и на наших чувствах восседает не дьявол, а Господь, по Благодати.

Первородный грех – это движение нашего духа не в согласии с волей Божией. Это движение духа отвратилось от Бога, от Его Божественной воли, и остановилось на себе, и через это явился первородный грех, самость. «Самость корень грехов. Отпадающий от Бога на чем другом может остановиться как не на себе? и останавливается. Вот и самость» (свт.Феофан Затворник, «Собрание писем», т.8, п.1465).

Вот так, ко всем естественным телесно-душевным движениям, примешался первородный грех, дух самости, и они стали действовать и совершаться не к месту, не ко времени или без меры; таким образом, ища удовлетворения этого духа самости, а не воли Божией, не того как это заложенно в природу нашего естества.

Совершил естественное телесно-душевное движение не к месту и не к времени – значит не сохранил меру. Мера – это воздержание, это середина между излишеством и недостатком. Мера – это умеренное делание, о котором Св. Отцы говорят, что ему цены нет, – делание в меру. Мера – это середина между крайностями. Крайности же – вещь бесовская (преп. Пимен Великий и преп. Амвросий Оптинский).

«Кто не внимает себе и не подвизается, тот легко уклоняется от добродетели: потому что добродетели суть середина, тот царский путь, о котором один св.Старец сказал: «Ходите путем царским и считайте поприща (версты)». Итак , добродетели как я сказал, суть середина между излишеством и недостатком. Поэтому и сказано в Писании: "не уклоняйся ни направо, ни налево" , путем царским ходи (Второзаконие 5, 32; 17, 11).
И св. Василий Великий говорит: «Прав сердцем тот, чей помысел не уклоняется ни в излишество, ни в недостаток, но направляется только к середине добродетели».
Зло, само по себе, есть ничто, ибо оно не есть какое-либо существо и не имеет никакого состава… зло есть недуг души, лишившейся свойственного ей, и по естеству ей принадлежащего, здравия, которое есть добродетель. Потому мы и сказали, что добродетели суть середина: так мужество находится посреди страха и наглости; смиренномудрие посреди гордости и человекоугодия; также и благоговение – посреди стыда и бесстыдства, подобно сему и прочие добродетели…
Кто не внимает себе и не охраняет себя, тот легко уклоняется от сего пути, или направо, или налево, т. е. или в излишество, или в недостаток, и производит в себе недуг, который составляет зло» (преп. Авва Дорофей, Поучение 10-е).

С любовью во Христе, о.Серафим.

Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Допустимые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.